Главная страница
Навигация по странице:

  • Формирование социально-гуманитарных наук.

  • 3. Роль России в развитии социальной науки.

  • 4. Дисциплинарная структура социально-гуманитарных наук.

  • Философия: ответы к кандидатскому экзамену. Гуманитарные науки. Роль философии в формировании научных знаний об обществе


    Скачать 419.2 Kb.
    НазваниеРоль философии в формировании научных знаний об обществе
    АнкорФилософия: ответы к кандидатскому экзамену. Гуманитарные науки.doc
    Дата12.08.2017
    Размер419.2 Kb.
    Формат файлаdoc
    Имя файлаФилософия: ответы к кандидатскому экзамену. Гуманитарные науки.doc
    ТипДокументы
    #17461
    страница1 из 9
      1   2   3   4   5   6   7   8   9

    1. Роль философии в формировании научных знаний об обществе.

    Социальное познание исторически первоначально развивалось в рамках философии истории – раздела философии, связанного с интерпретацией исторического процесса и исторического сознания.

    Философия истории как целостная система знаний разрабатывалась, начиная с XVII в., в трудах Вико, Гердера, Сен-Симона и других мыслителей.

    Французский философ А.К. Сен-Симон (1760-1825) рассматривал человеческое общество как закономерно развивающийся целостный организм, а всякую общественную организация как исторически преходящую, занимающую определенное место в общем ходе исторического процесса. Созданная им «наука о человеке» («социальная физиология») построена на принципе историзма, который Сен-Симон рассматривал как принцип и теоретической, и практической деятельности. Вместе с тем Сен-Симон в своей социальной концепции не избежал механицизма, который был тогда господствующей методологической доктриной.

    Своеобразным итогом и вершиной классической философии истории была социально-историческая концепция Гегеля. Основой деятельности людей (то есть всемирной истории) философ считал деятельность экономическую, т.е. труд – преобразование природы с помощью орудий труда. Всемирную историю Гегель пытался представить как единый закономерный объективный поступательный процесс. Каждая эпоха в этом процессе, будучи неповторимо своеобразной, представляет собой в то же время закономерную ступень в общем развитии человечества.

    Открыв материалистическое понимание истории, Маркс и Энгельс впервые показали, что люди сами творят свою историю (прежде всего в сфере материального производства). Провозгласив первичность общественного бытия по отношению к сознанию, они тем самым в материалистическом понимании истории нашли ту фундаментальную основу, которая и позволила объединить материализм и диалектику.

    Во второй половине XIX в. проблемы, стоящие в центре внимания философии истории, в значительной мере отходят к частным гуманитарным наукам. Возрождение интереса к собственно философии истории в конце XIX – начале ХХ в. происходило в двух основных направлениях.

    Первое направление имело дело с самой исторической реальностью (онтологический аспект). Второе же сосредоточило свое внимание на постижении этой реальности с помощью различных методов и средств. Наиболее крупные представители первого направления – русский философ Н.Я. Данилевский, немецкий философ О. Шпенглер и британский философ А. Тойнби.

    Сторонники первого направления исходили из биологической модели исторического процесса, согласно которой, единство человечества – это фикция, а фактически мы имеем дело с разнообразием специфических, конкретно-исторических форм культуры, напоминающих богатство форм органического мира. Это во-первых. Во-вторых, смысл истории – не в постепенном линейном восхождении к свободе, а плюралистической (множественной) модели исторического развития. В-третьих, никакого единства мировой истории нет, а есть различные культурно-исторические модели (типы).

    Вторым направлением философии этого периода была неогегельянская философия тождества исторического бытия и сознания, крупными представителями которой были Б. Кроче (1866-1952) и Дж. Коллингвуд (1889-1943).

    Согласно Коллингвуду, история должна: а) быть наукой, или ответом на вопросы; б) заниматься действиями людей в прошлом; в) основываться на интерпретации источников; г) служить самопознанию человека.

    Историк, согласно Коллингвуду, ищет именно процессы мысли, и вся история тем самым – история мысли.

    1. Формирование социально-гуманитарных наук.

    Уже с первой половины XIX века начался активный процесс формирования социально-гуманитарных наук. Их целью провозглашается не только познание общества, но и участи в его регуляции и преобразовании. Исследуются как общество в целом, так и отдельные его сферы с целью найти определенные технологии управления социальными процессами. Методологические проблемы социального познания стали активно разрабатываться в рамках самой системы «наук о культуре» с опорой на те или иные философско-методологические преставления.

    В XVI – начале XVII в. для данных наук познавательный идеал научности выступал как дедуктивно построенная математическая система, а реальным эталоном, образцом теории являлась геометрия Евклида. Этому образцу пытались подчинить и гуманитарное познание.

    Позднее, вплоть до конца XIX в., эталоном научности стала классическая механика с присущим ей четким разделением всех знаний на два уровня: теоретический и эмпирический. Система объектом науки выступает как механическая модель определенным образом взаимодействующих частиц. Этот познавательный идеал и «метод принципов» Ньютона нередко распространялись и на общественные дисциплины.

    Т.к. механика (и тесно связанная с ней математика) были в XVI-XVII вв. наиболее зрелыми и успешно развивающимися отраслями знания, то возникло стремление на основе законом механики познать все явления и процессы действит-ти, в том числе социальные, и даже построить философию (этика Спинозы, «доказанная в геометрическом порядке»).

    Функционирование механической картины мира в качестве общенаучной исследовательской программы проявилось не только при изучении различных процессов природы, но и по отношению к знаниям о человеке и обществе, которые пыталась сформировать наука XVII-XVIII вв. Конечно, рассмотрение социальных объектов в качестве простых механических систем – это сильное упрощение. Данные объекты – сложные развивающиеся системы (с включением в них человека и его сознания), которые требуют особых методов исследования. Однако чтобы выработать такие методы, наука должна была пройти длительный путь развития.

    Вплоть до конца XIX в. господствующей тенденцией в методологии гуманитарных наук был натурализм – универсализация принципов и методов естественных наук при решении проблем социального познания. Развитие общества объяснялось либо механическими, либо различными природными факторами (климат, географическая среда), биологическими и расовыми особенностями людей и т.д. Однако стремление объяснить развитии общества законами природы, игнорируя собственно социальные закономерности, все более выявляло свою односторонность и ограниченность.

    Кризис натуралистического подхода в конце XIX – начале ХХ в. был связан с осознанием различий природы и культуры».

    Итак, к концу XIX – началу ХХ в. стало очевидным, что науки о культуре должны иметь свой собственный концептуально-методологический фундамент, отличный от фундамента естествознания. Этот тезис особенно активно отстаивали два философских направления – баденская школа неокантианства и «философия жизни».

    Философия жизни – направление, сложившееся в последней трети XIX в., ее представителями были Дильтей, Ницше, Зиммель, Бергсон, Шпенглер и др. Возникла как оппозиция классич. рационализму и как реакция на кризис механистического естествознания и обратилась к жизни как первичной реальности, целостному органическому процессу.

    Понятие жизни понимается и в биологическом, и в космологическом, и в культурно-историческом планах. Так, у Ницше первичная жизненная реальность выступает в форме «воли к власти». Для Бергсона жизнь – это «космический жизненный порыв», сутью которого является сознание или сверхсознание. У Дльтея и Зиммеля жизнь выступает как поток переживаний, но культурно-исторически обусловленных.

    Однако во всех трактовках жизнь представляет собой целостный процесс непрерывного творческого становления, развития, противостоящий механическим неорганическим образованиям, всему определенному, застывшему и «ставшему». Вот почему большое значение в философии жизни имела также проблема времени, как сути творчества, развития, становления.

    Основателями и лидерами баденской школы неокантианства были Вильгельм Виндельбанд (1848-1915) и Генрих Риккерт (1863-1936).

    Они строили свои концепции не на модели математического естествознания, а на материале социально-исторического познания («науки о духе», «науки о культуре»). В центре интересов представителей баденской школы – проблемы специфики социального познания, его форм, методов, отличия от естественных наук и т.д. Однако они не «чурались» исследований методологических проблем естествознания и математики – с целью их сравнения с методологией гуманитарных наук.

    Анализируя специфику социально-гуманитарного знания, Риккерт указывал следующие его основные особенности: предмет – культура (а не природа) – совокупность фактически общепризнанных ценностей в их содержании и систематической связи; непосредственные объекты его исследования – индивидуализированные явления культуры с их отнесением к ценностям; его конечный результат – не открытие законов, а писание индивидуального события на основе письменных источников, текстов, материальных остатков прошлого; сложный, очень опосредованный способ взаимодействия с объектом знания через указанные источники; для наук о культуре характерен идиографический (индивидуализирующий) метод, сущность которого состоит в описании особенностей существенных исторических фактов, а не их генерализация (построение общих понятий), что присуще естествознанию – номотетический (генерализирующий) метод (это главное различие двух типов знания).

    И гуманитарные, и естественные науки применяют абстракции и общие понятия, но для первых –это лишь вспомогательные средства, ибо их назначение – дать конкретное, максимально полное описание исторического неповторимого феномена. Для вторых общие понятия в известном смысле – самоцель, результат обобщения и условие формулирования законов.

    3. Роль России в развитии социальной науки.

    Один из известных американских социологов и социальных философов Дж. Александер выделил четыре этапа в развитии послевоенной социальной теории, смену которых он тесно связал с изменением социального контекста, в котором Россия занимает видное место.

    1. Господство модернизационных теорий, 1950-1960-е гг. После победы над фашизмом влияние Запада и образа западной цивилизации повсеместно возросло, поверженные Германия и Япония встали на рельсы западного пути развития. Начался процесс деколонизации, пафос которого заключался в утверждении способности освобождающихся народов самостоятельно, в условиях независимости, осуществить модернизацию по западному образцу. Исключение составляли страны социалистической системы, но это было то исключение, которое подтверждало правило: никто более большевистских лидеров не утверждал необходимости для России догнать Европу (Л. Троцкий, В. Ленин, И. Сталин), «догнать и перегнать Америку» (Н. Хрущев). Социалистические общества осуществляли модернизации, но особым образом, и Россия не выпадала из социального контекста, породившего модернизационные теории. Коммунизм в России был модернизацией, осуществляемой в условиях изоляции и часто насильственным путем. Предполагалось, что есть общий путь для всего человечества, на который не все общества вступают одновременно.

    2. Модернизации 1950-1960-х гг. не закончились успехом для стран третьего мира. Их традиционные культуры были разрушены в большей мере, чем приобретены основы современного общества. Бурное развитие не меняло ее национальной идентичности на западную и представлялось азиатским чудом (а не следствием успеха модернизационных теорий), которому не суждено повториться. В этот период повсеместно растет убеждение в возможности социалистической альтернативы модернизации, в особом пути социалистических стран. Модернизационные теории решительно отбрасываются в пользу социалистических.

    Стремление к социализму было связано с открытием «второго», т.е. не-западного и способного конкурировать с Западом, пути. Этому способствовали либерализация политического режима СССР в годы застоя, его реальное противостояние Западу в сферах обороны, космоса, ядерной области, фундаментальных наук, притягательность социалистического выбора для стран третьего мира, не преуспевших в капиталистической модернизации после деколонизации, успехи социал-демократов Запада.

    3. Неуспех третьего мира на социалистическом пути, также как и на пути модернизации, скоро развеивает эти иллюзии. Появляются постмодернизационные социальные теории. Частично они воспроизводят распад просветительской парадигмы, ее ослабление и комическое к ней отношение, присущее постмодернизму в целом.

    Базируясь на идеях постмодернизма, многие социальные теоретики показали неединственность западного пути, неединственность социалистической альтернативы, возможность развития на основе традиции, например, Юго-Восточной Азии, преодоление противоположности между средневековым и локковским человеком, даже возможность не развиваться.

    4. Привлеченные модной риторикой постмодернизма, а также декларируемым социальными теориями постмодернизации правом на собственное развитие, элита многих посткоммунистических государств, особенно тех, которым присущ этноцентризм, обратилась к строительству собственных постмодернизационных теорий, например развитию на этнооснове. Другие, оскорбленные местом, занятым ими в глобальном раскладе развитых и отсталых стран, отвергли статус-кво и плюрализм, поставив перед собой задачу неомодернизма - нового витка модернизации. Разочарования в Западе у этих последних не найти. Просвещение критикуется ради фразы без понимания того, что догоняющая модель модернизации - соответствующая этому выбору – является одновременно опаздывающей, никак не способной догнать Запад сегодняшнего дня. Такие теории называются неомодернизационными. Путь развития в этой интерпретации снова становился единственным - общечеловеческим. Это был выбор посткоммунистической России.

    5. Евразийство. Это теория, которая сегодня больше, чем антимодернизационные (славянофильские, почвенные) теории, претендует быть альтернативой описанным выше и является чисто российским «продуктом».

    Евразийская концепция возникла в послеоктябрьском эмигрантском зарубежье как реакция на появление Советской России. Эта новая реальность, по мнению евразийцев, была продуктом ошибочной ориентации верхнего класса России исключительно на Европу, что вызывало в ответ низовые антимодернистские, антизападные движения. Таким образом, европеизм аристократии отрывал ее от народа, что и явилось, по мнению евразийцев, в конечном счете причиной Октябрьской революции».

    Исходя из этого объяснения, евразийцы фактически смирились с послереволюционной Россией, с оптимизмом расценивали ее будущие перспективы, ибо путь СССР (с некоторыми оговорками) соответствовал евразийским взглядам. Все евразийцы полагали, что «месторазвитие» (особый термин евразийцев) России - Евразия, а не только Европа; что этот географический, природный фактор наряду с другим естественным фактором - населением (включая и другие тюркские народы России) не позволяет говорить о России как исключительно европейской стране.

    Евразийцы пересмотрели воззрения на историческую роль монгольского завоевания России и набегов тюркских народов на славянский юг. Азиатские народы, по их мнению, несли с собой жесткие формы государственного устройства и вместе с тем «духовную свободу». В отличие от Запада как возможного колонизатора восточных земель, азиатские завоеватели, подчеркивали евразийцы, были безразличны к духовной жизни покоряемых ими народов и не препятствовали этнической самоидентификации. С точки зрения классического евразийства Украину также можно рассматривать как типично евразийскую страну из-за ее соприкосновения с тюркскими народами, преобладанием в ней православного христианства и, конечно же, 300-летнего пребывания в составе Российской империи.

    Как видим, в картине сменяющихся и взаимодействующих социальных теорий евразийство не является самостоятельной доктриной, а представляет собой некоторый фактор, получающий различные интерпретации. Последние порой теряют твердую почву факта, но свидетельствуют в целом о некоторой собирательной характеристике - исторической (взаимодействие с монголами и тюрками), географической (для России - нахождение в Европе и Азии), психологической (отличный от западной цивилизации психологический код), политической (не демократии, протодемократии), социальной (общества, не завершившие модернизации). Это своего рода мировоззренческое знание.

    Таким образом, на всех приводимых Дж. Александером фазах развития социальной теории России принадлежит не последнее место в социальном контексте и тех социальных сдвигах, которые инициируют смену теорий.
    4. Дисциплинарная структура социально-гуманитарных наук.

    В XIX в. социально-гуманитарное знание обрело дисциплинарную структуру, с которой мы имеем дело по сей день. Получение объективных знаний о социальной реальности стало дисциплинарно организованным путем разделения сфер общества и изучающих их дисциплин. Решающую роль в разделении сфер общества и изучающих их дисциплин сыграл либеральный принцип, отделивший государство от экономики и выделивший экономику, политику, культуру и социальную сферы и изучающие их дисциплины.

    Анализируя историю социально-гуманитарных дисциплин, известный американский социолог И. Валлерстайн показал, что история разделения социально-гуманитарных наук также тесно связана с деятельностью университетов. Первой социальной наукой, выделившейся как дисциплина, была история. Одновременно с этим развивалась философия.

    Затем появляются либеральная политэкономия и либеральные экономические теории второй половины XIX в. Экономическое поведение выводится из универсальной индивидуальной психологии - стремления к максимуму достижений и самоудовлетворений. Это положение адекватно сложившейся на Западе ситуации в сфере экономических мотиваций.

    На почве отделения государства от экономики и его обособленности от общества, развивающего себя как гражданское, появляется блок дисциплин, изучающих государство и право, политическая наука, а также социология как наука о социальной сфере общества, культурология - наука о культуре как сфере общества.

    Среди этих наук исторически выделяется в качестве лидера определенная научная дисциплина. С момента формирования данной системы социально-гуманитарных наук на место лидирующих дисциплин поочередно выходили история, социология, экономика, политическая наука. Часто происходит перехват лидерства, особенно в условиях быстрых социальных изменений. Так, в посткоммунистической России в практическом плане стали лидировать такие дисциплины, как экономика и юридическая наука (самые большие конкурсы в университетах, самые престижные профессии), тогда как прежде эти дисциплины были менее всего популярны. В теоретическом плане лидерство экономики и политической науки столкнулось с определенными трудностями: экономическое и политическое поведение оказалось социально-культурно нагружено, обусловлено. Быстрые социальные трансформации в мире - глобализация, появление новых угроз, в частности терроризма, - выдвинули на лидирующую позицию культурологию, способную проследить роль факторов культуры в социальных трансформациях.

    Дисциплинарная структура социально-гуманитарных наук, на первый взгляд представляющаяся вечной, является в действительности результатом сложившихся социальных условий реализации либерального проекта в западном обществе, при котором обосабливаются его различные сферы. В настоящее время возрастает междисциплинарность, состоящая прежде всего в том, что почти любая проблема социально-гуманитарных наук решается посредством привлечения методов не одной, а нескольких социально-гуманитарных наук и не путем обособления в своей сфере, а посредством анализа ее места в обществе в целом.

    В качестве первого принципа классификации социально-гуманитарных наук рассмотрим классификацию по уровням обобщения и абстрагирования, т. е. фундаментальности. Обычно оценивая степень теоретичности науки выделяют два уровня: фундаментальный и прикладной. Применительно к социально-гуманитарным наукам имеет смысл выделить три уровня:

    1) уровень высшей степени обобщения - собственно фундаментальный; 2) обобщение среднего уровня; 3) собственно прикладной.

    Пименительно к психологии, исходной фундаментальной наукой будет общая П, социальная П может быть отнесена к наукам среднего уровня, а П спорта - прикладного.

    Эта классификация имеет значение в двух смыслах: во-первых, для собственной саморефлексии конкретной науки; во-вторых - для разработки программ профессиональной подготовки специалиста, когда после усвоения фундаментальных наук соответствующей профессии осваиваются науки среднего и прикладного уровня.

    Другим вариантом классификации социально-гуманитарных наук может быть классификация на основе видов деятельности. Можно выделить четыре вида деятельности:

    • материально-производственная,

    • организационная,

    • социальная

    • и духовная.

    Материально-производственную деятельность изучают такие науки, как экономика, теория менеджмента, финансы и кредит, психология труда, трудовое право, техническая эстетика, промышленная социология и многие другие.

    Организационная деятельности то же исследуется целым комплексом наук: социологией управления, психологией управления, психологией пропаганды, социальной психологией, политологией, риторикой, гражданским правом и др.

    Социальная деятельность изучается такими науками как педагогика, возрастная психология, этика, культурология, социальная психология, гражданское и административное право и др.

    Духовная деятельность в поле зрения таких наук, как эстетика, филология, история, психология творчества, философия науки, история мировой культуры и многих других.

    Данная классификация социально-гуманитарных наук позволяет понять одну важную вещь: изучение реальности нужно вести в комплексе наук. Если ставится какая-то конкретная задача, требующая своего теоретического изучения, она не может быть решена силами отдельных специалистов.

    Обнаруживается возможность еще одного варианта классификации социального познания в зависимости от изучаемой области социальной реальности. Это позволяет выделить четыре области социально-гуманитарного знания: философские дисциплины, социальные дисциплины, экономические дисциплины и гуманитарные дисциплины.
      1   2   3   4   5   6   7   8   9
    написать администратору сайта